Даже после четырех лет жизни в стране бывают моменты, когда вся китайскость этого мира собирается в одной точке времени и пространства, и есть в этом .

Даже после четырех лет жизни в стране бывают моменты, когда вся китайскость этого мира собирается в одной точке времени и пространства, и есть в этом нечто сюрное.

Сижу в шэньсийской забегаловке рядом с офисом, жую очень вкусный жоуцзямо. Стандартное время обеда уже прошло, кроме меня здесь всего двое посетителей. Пожилая китаянка громко слушает пекинскую оперу, а молодая уже окончила трапезу и, едва успев пересечь порог заведения, смачно отхаркивает на асфальт. Через минуту заходит шумный мужик, садится и кричит официантке:
- Мэйню, мне жоуцзямо! А где тут у вас сортир-то? Полдня по району хожу-брожу, а сортир найти не могу!
Она ему, из другого конца зала:
- Так вон же, за углом! Есть еще в ресторане напротив, мы обычно туда ходим!
Мужик в ответ громко рыгает.
Я поднимаю глаза и вижу на стене таракана, дружелюбно шевелящего усами. Пожимаю плечами, продолжаю есть.